zaton50 (zaton50) wrote,
zaton50
zaton50

Category:

ГОРЬКОВСКАЯ МИЛИЦИИ ПОД КАТКОМ РЕПРЕССИЙ В ПЕРИОД БОЛЬШОГО ТЕРРОРА

А.В. Беляков, кандидат юридических наук, член общества "Отчина"

Согласно официальной статистике  в 1933-1939 гг. по обвинению политического и уголовного характера было арестовано и осуждено 22618 сотрудника НКВД СССР[1]. В 1930-е годы в практику вошли кадровые чистки в рядах партии  сотрудников органов общественного порядка и безопасности. Проводились они и в Горьковской области. Так, в начале декабря 1934 г. были созданы комиссии по проверке личного состава Автозаводского и Канавинского райотделов милиции. В Автозаводском отделе милиции комиссия обратила внимание на состояние политико-воспитательной работы и укрепление служебной дисциплины и законности, то в Канавине, где в милиции служили 84 человека, была организована настоящая чистка, результатом которой стало не только увольнение руководителей райотдела как социально-чуждых элементов, но и передача их дел (по Васильеву, Корнилову, Ларину, Разумовскому, Рубину) в суд за сокрытие биографических данных[2].



      Была обобщена практика предыдущих проверок по Сормовскому, Свердловскому и Ждановскому районным отделениям милиции. Сотрудникам РКМ областного центра напомнили результаты проверки Комиссией партийного контроля крайкома ВКП (б) осуждение за нарушение законности группы из 14 оперативных работников краевого отдела уголовного розыска[3]. По этому делу получили реальные сроки наказания руководители уголовного розыска И.Д. Бредис и А.Д. Лелапш.  Впоследствии материалы этих чисток послужили компроматом на И.А. Андреева – бывшего руководителя сормовской милиции, Я.А. Петерсона – руководителя ярмарочной милиции и многих других.
       В ходе чисток 1934-1936 гг. обсуждалось закрытое письмо ЦК ВКП (б) в связи с убийством Кирова. На партийном собрании 13 января 1935 г. сотрудники РКМ приняли решения об оживлении организационно-партийной, агитационно-массовой, политико-просветительной работы, улучшении подбора кадров, улучшении служебно-оперативной деятельности[4]. В течение 1935 года у более чем тридцати коммунистов областного управления милиции, в том числе ее руководителей М.М. Безсонова. В.И. Горева. И.И. Красногорского, В.А. Корытова, И.А. Клюжева, П.А. Нечаева, были заслушаны самоотчеты. Усилена работа в кружках партийного просвещения, налажено взаимодействие с профсоюзом, комсомолом, спортивным обществом «Динамо». Особенно часто партийные собрания проводились во второй половине 1936 – начале 1937 гг., в связи с показательными процессами по обвинению Зиновьева, Каменева, Пятакова, Радека и др. троцкистов. Одно из расширенных партсобраний состоялось 20 августа 1936 г., на нем была прията резолюция с осуждением троцкистско-зиновьевского блока[5].
      С этого начались массовые репрессии в органах УНКВД области. Как впоследствии отмечал начальник УНКВД И.Я. Лаврушин, прежний начальник управления М.С. Погребинский возглавлял террористическую организацию из 120 человек, состоящую в основном из сотрудников госбезопасности и милиции[6]. Это только добавило напряженности в отношениях между сотрудниками органов внутренних дел[7].
      Усилению массовых репрессий в регионах способствовала личная инициатива как партийных инстанций, так и руководства НКВД[8]. Документы архивов свидетельствуют, что практически каждая партийная организация городских и районных отделов и отделений милиции областного центра и области в рассматриваемый подвергалась чистке, сопровождавшейся арестами с обвинениями по статьям 58 или 193 УК РСФСР – превышение служебных полномочий.
      Наглядно это прослеживается на примере Свердловского района г. Горького, где на партийном учете состояли руководящие работники областного управления РКМ и Межобластной школы НКВД. Партийная организация областного управления состояла из 57 человек, школа НКВД – из 37, из 16 человек составляла парторганизация Свердловского РОМ.
     На состоявшейся в период 25 апреля – 2 мая 1937 г. Второй районной партийной конференции отмечалось, что «партийная организация не была на должной высоте, не сумела разглядеть врагов народа <…>. Враги народа вели троцкистскую работу в вузах, постоянно превращая их в оперативные пункты для террора, шпионской, диверсионной деятельности. Райком еще не приступил к своей работе. Слабо проводится массово-политическая, организационно-массовая, культурно-просветительная, работа с молодежью»[9].
     Конференция исключила из партийных рядов 135 человек, из них 7 были объявлены врагами народа, 2 – шпионами, 48 – связанными с социально чуждым элементом, 48 - пассивными. Более всего пострадали сотрудники милиции весной 1937 г. Среди них коммунисты областного управления милиции: М.В. Мурдашов – за дискредитацию органов НКВД, М.М. Меркуненков – за социальное происхождение и антисоветскую деятельность (арестован), К.С. Бронштейн – за антисоветские высказывания; С.А. Барбашов осужден на 3 года за обман и двурушничество, С.С. Коссой – за службу у белых и троцкизм в период 1926-1927 гг.; М.Г. Лейбман осужден на 3 года за саботаж и дискредитацию органов внутренних дел, Ф.А. Комаров – за дискредитацию вождей партии и антисоветские разговоры, А.К. Буканов – за то, что состоял в еврейской националистической организации «Серп»674. Сотрудники Межобластной школы НКВД: В.Н. Фольшин – за сокрытие факта службы офицером царской армии, П.С. Счастливцев – за сокрытие социального происхождения, курсант-коммунист И.В. Юдин – за рассказывание анекдотов, высмеивающих вождей революции.
      К лету 1938 года парторганизация Межобластной школы НКВД имела в своем пассиве объявленных «врагами народа» бывших коммунистов: Д.М. Иванова, П.П. Петрова – бывших начальников школы, М.М. Хвастюка – помощника начальника по политической части, А.А. Чефранова – начальника учебно-методического отдела, И.М. Боровкова, В.Н. Фольшина – преподавателей Межобластной школы НКВД. Из них Иванов, Чефранов и Фольшин были разоблачены, как бывшие офицеры царской армии, Петров – за тесную связь с «врагом народа» Корытовым, Боровков – за сокрытие сведений из своей биографии, в том числе о социальном происхождении.
     Помощник начальника школы по политической части М.М. Хвастюк был разоблачен за связи с бывшим военным атташе СССР в Японии врагом народа Путной[10]    через семью жены-москвички, которого и видел только один раз. Хвастюку инкриминировали хранение 19 книг антисоветского содержания, в том числе книг Д. Рида «Кронштадт», Бухарина Н.И., Троцкого Л.Д. и др. Под арестом помощник по политической работе школы находился более 8 месяцев и 27 июня 1937 г. был объявлен «врагом народа».
      В связи с арестом вновь назначенного после Иванова начальником школы коммуниста Петрова партком принял решение: а) исключить из партии; б) ликвидировать последствия вредительства; в) укрепить дисциплину; г) ускорить решение борьбы с растратами, самообеспечением; д) усилить контроль за ходом учебного процесса; е) устранить некомплект кадров; ж) развивать критику и самокритику[11]. 
      На VII Горьковской областной партийной конференции 26 февраля 1939 года было зачитано заявление бывшего начальника (следом за Д.М. Ивановым) 16-й Межобластной школы НКВД СССР №16 в г. Горьком И.П. Петрова, 1901 г.р., участника гражданской войны. Ему вменялась в вину связь с «враг11ом народа» В.А. Корытовым и подозрения в террористической деятельности. «26 мая 1938 г. я был подвергнут аресту органами государственной безопасности и заключен под стражу, – сообщал арестованный в своих показаниях. – Просидев в течение 12 дней, был вызван к следователю, который предъявил обвинение по ст.58, части 7, 8, 11. То есть я вредитель, террорист и состоял в контрреволюционной организации. Однако выдвинутые против меня обвинения не подтвердились. И поэтому УГБ начало искать против меня должностные преступления. С октября 1937 года я состою на партийном учете в школе милиции и до мая 1938 г. прошло 7,5 месяцев. В отношении меня партийная организация как по личной дисциплине, так и по административно-хозяйственной деятельности не отмечали. <…> Но на следующий день после моего ареста партком ставит вопрос об исключении меня из партии, а 29 мая общее партийное собрание школы милиции исключает меня из партии. Я был объявлен врагом народа. Военный прокурор Иванов дал санкцию на мой арест. Военный трибунал внутренних войск НКВД СССР (его председатель – Бич) осудил меня на 5 лет ИТЛ. По кассационной жалобе (ее подала жена) дело было передано на доследование в 5 отдел УГБ. Ничего противозаконного совершенного мной они не нашли. Я освобожден, отсидев в тюрьме 7 месяцев и 7 дней. По вине прокуратуры, УГБ я получил ярлык врага народа. Сегодня для меня только один выход: я еще могу работать в родной партии. Прошу принять по моему заявлению соответствующее решение»[12]. Коммунисту Петрову повезло: он был восстановлен в партии, хотя и лишился возможности прохождения службы в органах внутренних дел.
     Репрессии в отношении сотрудников органов внутренних дел на местах во многом зависели как от руководителей наркомата внутренних дел, так и от непосредственных начальников региональных НКВД – УНКВД[13]. Только с середины 1937 г. по апрель 1938 г. за вредительство по управлению милиции НКВД по Горьковской области отдано под суд с обвинением по ст. 58 УК РСФСР 46 человек[14]. Руководящий состав управления милиции, коммунисты: Л.М. Беркович, И.П. Бухранов, В.А. Корытов, С.Е. Береснев, В.И. Горев, А.Я. Гуненков, А.Н. Зенцов, В.П. Иванов, П.П. Ишутин, Г.С. Кочетков, И.И. Красногорский, П.А. Нечаев, М.С. Семин, П.Н. Фольшин, Г.Г. Шилов каждый по-своему прошли через горнило испытаний. Число осужденных пополнили беспартийные сотрудники областного управления милиции. К ним следует прибавить  представителей территориальных организаций горьковской милиции, численность которых за рассматриваемый период составила не менее 100 человек (вместе с ветеранами губернской и краевой милиции).
     Как отмечал на VII областной партконференции и.о. прокурора области Г.Р. Осипов: «Нити вражеской работы распутывались на партийных собраниях»[15]. 8 июня 1938 г. состоялось открытое партийное собрание Горьковского гарнизона милиции по итогам известных событий, связанных с исполнением приказа НКВД ССССР №00447 и других распоряжений в этой связи, с обсуждением доклада вновь назначенного начальника политотдела областного управления милиции А.Ф. Беликова на тему: «О ликвидации последствий вредительства в управлении РКМ НКВД по Горьковской области». Сообщалось об аресте 40 сотрудников областного управления милиции, из них 18 коммунистов (без учета сотрудников милиции из территориальных органов – Авт.).
      В докладе начальника политотдела и в последующем выступлении нового начальника  областного управления милиции Л.Б. Грановского указывалось, что «эти люди превратили оперативный отдел управления в террористическую группу, создавая фиктивные дела, укрывая преступления. Руководители предали забвению вопросы быта работников милиции низового звена. Особенно это касается командно-строевого отдела, где оформление на работу в органы милиции происходило от двух до трех месяцев». Отмечались засоренность штатного состава милиции, попустительство нарушителям служебной дисциплины, недостатки в организации новых структурных подразделений милиции, в том числе по инспекторам детских комнат милиции, дорожно-патрульной службы, провалы в деятельности оперативных служб милиции, ведении дознания и следствия по правонарушениям, общественном питании и быте милиционера. Предлагалось повысить бдительность, менять стиль оперативно-служебной деятельности, выдвигать в органы милиции молодых, способных по службе людей.
     На собрании было много вопросов по стилю руководства В.А. Корытова, обвиняемого в злоупотреблениях. Разоблачалось социальное происхождение руководителя уголовного розыска И.П. Бухранова (сын полицейского), В.Н. Фольшина (сын подполковника царской армии, проходил обучение в кадетском корпусе). Критике подвергся начальник особой инспекции по личному составу П.А. Нечаев, которому вменялось забвение правил ведения следствия, задержка уголовных и дисциплинарных дел по сотрудникам милиции. Были вопросы и к секретарю парткома В.П. Иванову. В итоге только за рассматриваемый период (вторая половина 1937 г. – ноябрь 1938 гг.) политическим репрессиям подверглось 94 человека, уволено из органов милиции 560 человек[16].
     Интересно, что на этом собрании вновь назначенный начальник ОБХСС УМ НКВД по Горьковской области И.А. Клюжев, имевший стаж работы в органах милиции более 17 лет отмечал, что «за последние 7 лет начальники управления милиции почему-то арестовываются и плохо уходят из органов милиции». К примеру, «по деятельности «троек» НКВД среди руководителей территориальных органов милиции развернулось ничем не объяснимое соревнование в том, кто больше уголовных дел поставит. А это ничем хорошим не обернулось»[17].  
      17 ноября 1938 года СНК и ЦК ВКП (б) приняли постановление о ликвидации «троек», созданных в порядке особых приказов НКВД, а также «троек» по областным, краевым, республиканским управлениям милиции[18]. Предписывалось впредь все дела передавать на рассмотрение судов или Особых совещаний при НКВД СССР[19]. 28 ноября 1938 года «тройки» были упразднены. Эта линия была расценена как «политика партии», а ответственность за допущенный произвол возлагалась на отдельных руководителей.
      15 марта 1939 г. состоялось закрытое партийное собрание в обдастном управлении милиции с повесткой: «О ликвидации последствий вредительства в УРКМ НКВД по Горьковской области»[20]. С отчетным докладом выступил начальник управления Л.Б. Грановский. По ходу обсуждения были высказаны претензии по стилю руководства начальнику отдела уголовного розыска Дроздову (грубость, нарушение процессуальных правил ведения дознания и следствия), а также начальнику политотдела А.Ф. Беликову (чрезмерная подозрительность, неуважительное отношение к сотрудникам).
      По участию сотрудников горьковской милиции в деятельности «тройки» УНКВД можно отметить персональное дело младшего лейтенанта милиции Сысуева Г.Г., бывшего в 1937 году начальником Большемаресевского РОМ, Военным Трибуналом войск НКВД СССР в декабре 1939 года было установлено, что Г.Г. Сысуев «давал установку своим подчиненным вести дела арестованных без соответствующей записи, а после ареста допускал умышленную приписку судимостей и приводов»[21]. В результате незаконных действий Сысуева без соответствующих обоснований осуждены как социально вредный элемент и содержались под стражей не менее 16 человек.  По ст. 193, часть 17 УК РСФСР (превышение властных полномочий) Сысуев был приговорен к 2 годам лишения свободы[22].
     В конце ноября 1939 г. были арестованы за применение незаконных методов следственных действий руководители отдела уголовного розыска УРКМ области Дроздов, Хитрин, Шембелев.
      С мая 1937 года аресты сотрудников горьковской милиции приобретают регулярный характер.  За решеткой оказались руководитель областного управления В.А. Корытов, начальник отдела уголовного розыска И.П. Бухранов, начальник командно-строевого отдела А.Н. Зенцов, начальник особой инспекции по милиции П.А. Нечаев, начальник политотдела А.П. Береснев, секретарь парткома В.П. Иванов и другие лица руководящего звена.
      Проверку деятельности областного управления милиции осуществила бригада под руководством секретаря Свердловского райкома ВКП (б). По итогам проверки были даны развернутые рекомендации по устранению недостатков в оперативно-служебной деятельности управления милиции Горьковской области. На основании проверок 10 мая 1939 года уволен руководитель областного управления милиции Л.Б. Грановский. В начале октября последовал перевод в Москву начальника политотдела А.Ф. Беликова.
      Приведем список сотрудников горьковской милиции, подвергшихся репрессиям, осужденных или привлекавшихся к следственным действиям с различными последствиями (от возвращения к исполнению прежних должностных обязанностей, увольнения из органов внутренних дел, до высшей меры социальной защиты – Авт.) на основании ст.58 Уголовного кодекса РСФСР:
- Руководители УРКМ УНКВД: В.А. Корытов, Л.М. Беркович, Л.А. Иванов.
- Руководители отделов: А.Н.Зенцов – начальник командно-строевого отдела, П.И.Фольшин – начальник командно-строевого отдела милиции города Горького, И.Ф.Хрюмин – начальник финансового отдела УНКВД, И.И.Красногорский (Помогаев) – начальник отдела службы, И.И.Куликов – начальник ОК УНКВД, И.А. Балашов – начальник подготовительных курсов комсостава УРКМ по УНКВД, Д.М. Иванов, И.П.Петров – начальники Межобластной школы РКМ НКВД, Хвастюк М.М.- помощник начальника Горьковской межобластной школы НКВД, А.А.Чефранов – начальник строевой части Горьковской межобластной школы НКВД, И.И.Кронесберг – комендант межобластной школы милиции.
- Сотрудники УРКМ: Г.И.Байдаровцев, М.И.Байдаров, А.К. Буканов, В.А.Бухранов, Ф.К.Беляев, К.А.Викулов, А.И.Новодворцев, И.Н.Одушев, А.И.Парфенов, А.И.Парфенов, Я.А.Петерсон, А.С.Поляков, А.С.Самсонов, И.А.Смирнов, М.А.Трефилов, Балашов И.А., начальник подготовительных курсов комсостава УРКМ по УНКВД; И.И.Куликов, начальник ОК УНКВД; М.С.Семин помощник начальника УРКМ НКВД области, П.А.Шилин, ст. инспектор руководящего состава УНКВД, секретарь парткома, С.И. Усанов, секретарь УРКМ НКВД области.
- Начальники районных отделов УРКМ УНКВД области: С.И. Бараев (Воротынский), И.И.Вершинин (Работкинский), Д.И. Волков (Линдовский), П.И.Журавлев (Лысковский), Б.М.Конопацкий (Чернухинский), И.И.Харламов (Спасский), Г.В.Монев (Муром), П.Н.Лебедев (Дзержинск), П.А. Рыжов, пом. начальника Свердловского РОМ г. Горького.
 - Политработники милиции: И.Ф.Бубнов, Т.О.Федоров.
 - Сотрудники уголовного розыска: И.П.Бухранов, И.Д.Бредис – заместитель начальника отдела уголовного розыска УНКВД, А.Д.Лелапш – один из руководителей отдела уголовного розыска, И.Ф.Ишутин, М.И.Котицын, В.Ф.Митрофанов, С.И. Стукалов, Г.Д. Цветиков, П.Я. Дмитрюков, Я.А.Петерсон, Г.Ф. Комраков, М.Н.Седов, Л.М.Скробутин, И.А.Шаталин, А.М.Бражников, П.А. Балакин, М.В.Вырыпаев, оперуполномоченный УР Павловского РО НКВД, И.Л.Мангейм, оперуполномоченный УР Борского РО НКВД, Бражников А.М., оперуполномоченный УР на ж/д транспорте.
 - Сотрудники Государственной автомобильной инспекции: И.К. Кондратьев, З.А.Костин, В.Ф.Машковцев, М.С.Покрышевский, В.Н.Фольшин.
- Участковые инспектора милиции: И.М.Бондарь (Балахна), М.Н. Вырыпаев (Павлово), И.В.Елизаров (Вача), Д.В.Завьялов (Горький), Д.Ф.Зайцев (Вача), В.В.Колобов (Лысково), А.Ф.Кузнецов (Горький), М.С.Миронов (Горький), В.И.Музыченко (Сергач), Н.Г.Одеменин (Горький), Ф.А.Павлушкин (Дивеево), А.В.Пашкин (Горький), И.М.Рекунов (Богородск), И.В.Суриков (Лукоянов), А.М.Смирнов (Горький), В.И.Чайкин (Горький), В.И.Чапанов (Первомайск), В.А.Шадрин (Горький).
- Руководители строевых подразделений: П.К.Глухов, Г.В.Кудряшов, С.А.Маслов, Я.Г.Панов, В.И.Половинкин, А.Ф.Соколов, С.Ф.Шаров, П.Н.Фольшин,
- Рядовые милиционеры горьковской милиции: И.А.Игнатьев, Ф.А.Тужакаев, С.А.Челис (все – г. Горький), И.Я.Зазнобин (Сергач), И.А.Заевский (Семенов), И.Ф.Колосов (Вознесенск), И.Н.Игнатьев (Вознесенск), А.К.Калистратов (Муром).
      В жернова репрессий попало много бывших сотрудников областной милиции, к началу чисток уже покинувших ряды НКВД и трудоустроившихся в гражданской сфере. Отдельного рассмотрения требуют категории приговоренных к ВМН, разным срокам заключения в ИТЛ, скончавшиеся во время следствия и те, чьи дела были закрыты по реабилитирующим основаниям (арестованные, но впоследствии оправданные)[23].
      В рамках «латышской операции» были репрессированы А.Д Лелепш, И.Д. Бредис, Я.А. Петерсон. Был арестован бывший начальник губмилиции И.А. Андреев, находившийся под следствием около 6 месяцев. Нашли криминальный след   сотрудника областного управления милиции, регулярно проводившего занятия по криминалистике в Горьковской школе милиции НКВД СССР Г.И. Байдаровцева[24].
      Частым гребнем сталинская чистка прошлась по органам государственной безопасности Горьковской области. Первая волна репрессий последовала за арестом первого наркома НКВД СССР Генриха Ягоды. Она накрыла кадры из ближайшего окружения начальника Горьковского УНКВД Матвея Погребинского (сам он застрелился в служебном кабинете 4.04.1937 г.).  Жертвами второй волны стали пришедшие им на смену люди из окружения преемников Погребинского: Израиля Дагина и, особенно, Ивана Лаврушина. По подсчетам исследователя истории нижегородских спецслужб С.А. Смирнова, в период 1937-1939 гг. репрессиям подверглось около 150 горьковских чекистов, бывших и действующих, из них около 100 были приговорены к ВМН или вошли в так называемые сталинские списки по 1-й категории[25]. По обвинениям в причастности к правотроцкистскому заговору или в разного рода злоупотреблениях были расстреляны или приговорены к заключению в ИТЛ начальники УНКВД Дагин и Лаврушин, заместители начальника Абугов О.О., Иванов Л.А., Михельсон А.И., Листенгурт Р.А., начальники отделов Грац, Мартынов, Примильский, Ратнер, Перлин и др.
  А.В. БЕЛЯКОВ

Литература
[1] В 1933 г. – 768; 1934 г. – 2.760; 1935 г. – 6.209; 1936 г. – 1945; 1937 г. – 3.837; 1938 г. – 5.625; 1939 г. – 3.837 репрессировано сотрудников органов внутренних дел //Петров Н., Янсен М. Сталинский питомец – Николай Ежов. М., 2009. С.79.
[2 ]ГОПАНО. Ф.30. Оп.1. Д.163. Л.11-14, 33-35.
[3] ЦАНО. Ф.276. Оп.4. Д.14. Л.39
[4] ГОПАНО. Ф.817. Оп.1. Д.18. Л.5.
[5] ГОПАНО. Ф.817. Оп.1. Д.19. л.164.
[6] ГОПАНО. Ф.3. Оп.1. Д.497. Л.21.
[7] Смерть М.С. Погребинского приняла большой и в основном негативный резонанс. Так, на Седьмой областной партконференции руководитель Горьковского ОК ВКП (б), к сожалению, произнес следующее, что «хоронили Погребинского «урки» и руководство УНКВД» //ГОПАНО. Ф.3. Оп.1. Д.1119. Л.352.
[8] Кудрявцев С.В. Партийные организации и органы НКВД в период массовых политических репрессий 1930-х годов (на материалах областей Верхнего Поволжья). Автореф. дисс…канд. ист. наук. Ярославль, 2000. С.14.
[9]ГОПАНО. Ф.32. Оп.1. Д.2429. Л.16.
[10] ГОПАНО. Ф.1454. Оп.1. Д.3. Л.92-95.
[11] ГОПАНО. Ф.1454. Оп.1. Д.8. Л.63.
[12] ГОПАНО. Ф.3. Оп.1. Д.1120. Л.100-102. Из выступления на Седьмой областной партийной конференции секретаря Свердловского РК ВКП(б) города Горького Т.А.Ждановой
[13] В Ивановской области в 1937 г. началось раскручивание дела о "шпионско - диверсионной, право - троцкистской организации" в УНКВД, по которому проходило 13 человек. Дело было закончено в 1939 г. В Калининском УНКВД массовые репрессии по сотрудникам прошлись несколько раз. Всего с 1 января 1937 г. по 1 июля 1938 г. было арестовано и осуждено 95 сотрудников. В тот период времени в УНКВД числилось 395 человек штатного состава .НКВД СССР. В 1937-1938 гг. в среднем приходилось 25% дел на лиц, осужденных судебными органами, и 75% на внесудебные органы // Кудрявцев С.В. Партийные организации и органы НКВД в период массовых политических репрессий 1930-х годов (на материалах областей Верхнего Поволжья). Автореф. дисс…канд. ист. наук. Ярославль, 2000. С.16.
[14] ГОПАНО. Ф.817. Оп.1. Д.64. Л.73.
[15] ГОПАНО. Ф.3. Оп.1. Д.1119. Л.53.
[16] ГОПАНО. Ф.817. Оп.1а. Д.64. Л.55-57.
[17] ГОПАНО. Ф.817. Оп.1а. Д.65. Л.39.
[18] За 1937 г. Тройкой УНКВД по области (Каминский, а затем Михельсон-председатель) Корытов, Бухранов (УР), зам областного прокурора Монин. Секретарь сержант Максимов из 8 отделения ГБ. С января до 28 августа 1937 г. составлено 42 протокола на 2.231 человек. С 28 августа по декабрь (прот. №43-73 - 8.266 человек. Что в сумме по данным тройки ГБ 10.497 человек. В 1938 г.  отмечено 22 протокола на 1875 человек. Изменения в членах комиссии одно, вместо Бухранова - Дроздов. Часть осужденных (до 30%) была оправдана решением этого же органа //ГОПАНО. Ф.3. Оп.1. Д.1119.Л.52.
[19] ЦАНО. Ф.1964. Оп.2. Д.34. Л.114-115.
[20] ГОПАНО. Ф.817. Оп.1а. Д.67. Л.23-27.
[21] ОПАНО. Ф.3. Оп.1. Д.1724. Л.81-87.
[22] Там же. Л.88-93.
[23]  Смирнов С.А. Горьковские чекисты под катком репрессий: http://zaton50.livejournal.com/14127.html
[24] Матвеев Ф. Перед Родиной не виновен //Горьковский рабочий. 1938. 18 ноября.
[25] С.А. Смирнов. Указ соч.








 
Tags: Большевизм, Ленин, Милиция, Органы безопасности, Сталин, Террор
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments